В некоторых странах, например в России, производство фальшивых ассигнаций стало делом обыденным. Писатель В. Гиляровский рассказывал, что в 80-е годы XIX века Москву наводнили так называемые «гуслицкие деньги», напечатанные в захолустном городишке на меже трех среднерусских губерний. «Дай-ка купонной машинки, напечатать надо, на базар еду», — запросто просил сосед соседа. Правительство так было обеспокоено количеством заезжих и доморощенных фальшивомонетчиков, что создало при Министерстве внутренних дел специальный отдел по борьбе с фальшивомонетничеством. Авторы проекта Уголовного Уложения 1903 года царской России писали: «Введение на денежный рынок поддельных денежных знаков, в особенности при трудности распознавания их от настоящих, подрывает доверие вообще к денежным знакам, обращающимся на рынке, колеблет твердость и устойчивость разнообразных сделок, совершаемых посредством денег как орудия мены, увеличивает размер процентов на риск в предприятиях и т. д.. За вредом, причиняемым отдельному лицу, стоит вред, причиняемый другим, в момент деяния еще неопределенным лицам, всему обществу». После падения Временного правительства в России наступил полнейший хаос в денежном обращении. Пышным цветом расцвело фальшивомонетничество. В произведении «Время больших ожиданий» К. Паустовский писал: «В то время почти все деньги носили прозвища. Тысячные ассигнации назывались «кусками», миллионы — «лимонами». Миллиардам присваивали звучное прозвище «лимонардов». Среди денег, не имевших хождения, были совершенно фантастические, например сторублевки, напечатанные на обороте игральных карт. Их выпускал какой-то захолустный город на Украине — не то Чигирин, не то Славута. Были одесские деньги с видом баржи, белогвардейские «колокола» и «ермаки», украинские «карбованцы», сторублевые «вешницы», «шаги» и еще множество всяческих банкнот и «разменных знаков», чья ценность обеспечивалась сомнительным имуществом разных городов — от Крыжополя до Сосницы и от Шполы до Глухова». Подобное же положение было и в других странах Европы. «Нехорошие деньги» забили все финансовые каналы. Необходимо было предпринимать срочные меры. В 1924 году в Женеве была заключена Международная конвенция о борьбе с фальшивомонетничеством. Одним из авторов текста был первый президент международной криминальной полиции (Интерпол), впоследствии канцлер Австрии Иоганн Шобер. Вся пикантность заключается в том, что пятью годами ранее Шобер участвовал в операции по подделке французских денег.
Главная 
